Чего нам ждать от либерализации валютного рынка?

2017 год должен стать для Узбекистана годом экономических реформ. Ключевая реформа – либерализация валютного рынка. Как она может повлиять на экономику страны и жизнь ее граждан? Вопрос непростой. Чтобы на него ответить, придется углубиться в некоторые теоретические аспекты экономики…

liberalizasia_valyuta

 

Немного теории

Уровень обменного курса национальной валюты и его изменения очень сильно влияют на процессы, связанные с внешнеэкономической деятельностью, а через них – на все остальные экономические процессы.

Изменения обменного курса влияют прежде всего на две составляющие внешней торговли: экспорт и импорт товаров и услуг. Чем дешевле национальная валюта, тем, как правило, больше экспорт и меньше импорт.

Скажем, какой-то товар наш производитель готов продавать за 600 тыс. сумов. Предположим, сум подешевел ($1 раньше стоил 6000 сум, а теперь – 6500). Производитель может либо снизить долларовую цену до $92,3 и остаться при своих 600 тысячах, либо оставить долларовую цену прежней, но получать дополнительную прибыль. И в том, и другом случае экспортер выигрывает: либо его продажи растут (так как цена снижается, а спрос, следовательно, растет), либо растет прибыль, поэтому у него появляются дополнительные стимулы расширять производство и экспорт прибыльного товара. Соответственно, экспорт увеличивается.

С импортом все наоборот: чем дешевле национальная валюта, тем выше выраженная в ней стоимость импортных товаров. В результате спрос на импорт падает. Цифровой пример. При курсе 6000 сумов за $1 стодолларовый импортный товар обходится потребителям в 600 тыс. сумов, при курсе 6500 – уже в 650 тыс., а при курсе, например, 9000 сумов – уже в 900 тыс. сумов. Есть разница?

Когда еще важен обменный курс?

1. При обмене поступивших в страну валютных доходов трудовых мигрантов в национальную валюту. Вспомним, как в конце 2014 года резко упал российский рубль, он обесценился практически в два раза. Доходы трудовых мигрантов, работающих в России (в том числе и из Узбекистана), выраженные в рублях, остались прежними. А вот их доходы в долларовом выражении уменьшились ровно на величину падения рубля к доллару, т. е. примерно в два раза. Соответственно, поступления валюты в страны-экспортеры рабочей силы значительно сократились, что в свою очередь стало одной из главных причин падения обменных курсов национальных валют уже этих стран. Итог: укрепление национальной валюты (падение курса рубля означало укрепление сума по отношению к рублю) уменьшает поступления доходов от деятельности трудовых мигрантов. И наоборот: снижение курса национальной валюты эти поступления увеличит.

2. При обмене национальной валюты в иностранную при возврате валютных кредитов (чаще всего валютными должниками являются предприятия и банки, а также государство, но иногда и физические лица). Если вы отдаете кредиты из доходов в национальной валюте, то приходится национальную валюту превращать в иностранную. Предположим, вы взяли в долг $100 при обменном курсе 6000 сумов. Отдать надо $110 ($10 – проценты). Если курс не изменился, то это обойдется вам в 110 × 6000 = 660 тыс. сумов. Но если сум обесценился, например, до 7000 сумов за $1, то возвращать придется 110 × 7000 = 770 тыс. сумов, т. е. на 17% больше! Вывод: при девальвации национальной валюты страдают валютные заемщики, стоимость обслуживания валютных кредитов возрастает в той же пропорции, в какой уменьшается цена национальной валюты.

3. При начислении таможенных платежей (они начисляются с валютной выручки в сумах по официальному обменному курсу). Чем дешевле национальная валюта, тем больше поступлений в бюджет от таможенных платежей.

 

Каков главный вывод из сказанного? Правительство, которое хочет помочь своим производителям в конкуренции на международных и местных рынках, должно девальвировать национальную валюту. В результате экспорт станет более выгодным и возрастет. Импорт станет более дорогим и сократится. Оба результата выгодны местным производителям. Параллельно возрастут поступления от трудовых мигрантов  в национальной валюте и поступления в бюджет от таможенных платежей. То есть увеличатся доходы как населения, так и государства.

Однако не все так просто. Во-первых, пострадают валютные должники, им придется платить за кредиты дороже, чем они планировали. Во-вторых, подорожают импортные товары и услуги, что может разогнать инфляцию и негативно сказаться на реальных доходах населения. В-третьих, подорожают не только импортные потребительские товары, но и импортное оборудование и сырье, что может уменьшить доходность тех бизнес-проектов, которые предполагают покупку этих импортных ресурсов, а в продажах ориентированы не на экспорт, а на внутренний рынок (экспортоориентированные проекты, использующие импортные ресурсы, в большинстве своем выиграют за счет повышения доходности экспорта).

Девальвация и удержание обменного курса национальной валюты на заниженном уровне – мощный и часто применяемый рычаг поощрения развития местного бизнеса (им удачно пользуются все успешные экспортоориентированные экономики, например, китайская), но при его применении необходимо иметь в виду и некоторые негативные стороны.

Наш собственный опыт свидетельствует о том же. В недавней истории Узбекистана уже была проведена либерализация валютного рынка: в 2003–2004 годах официальный сум был существенно девальвирован, и обменные курсы (официальный и рыночный) фактически сравнялись (это продолжалось до осени 2008-го). В результате за относительно короткий промежуток времени экспорт увеличился в пять раз, что создало очень хорошие стимулы для экономического развития страны.

 

А теперь к нашим реалиям

Как вышесказанное можно применить для анализа ситуации, которая складывается в нашей экономике?

Так сложилось, что в Узбекистане несколько обменных курсов, и они могут отличаться друг от друга в разы. Только основные: официальный (курс ЦБ), рыночный или «черный» (по наличным деньгам) и так называемый биржевой (по безналичным сделкам). Такое многообразие обусловлено двумя обстоятельствами.

Во-первых, отсутствием свободной конвертации национальной валюты. По официальному курсу валюту имеют возможность приобрести только отдельные счастливчики, получившие разрешение от ЦБ или правительства. Все остальные вынуждены покупать ее на неформальном валютном рынке, на котором формируются свои обменные курсы. Чем меньше продается валюты на официальном рынке, тем выше уровень разрыва между официальным и неформальными курсами.

dollaruz-1-1-1

 

Причем наличие неформального рынка в этой ситуации неизбежно, так как официальный курс сума сильно завышен. По этому курсу спрос весьма значительно превышает предложение. Все хотят купить по этому курсу валюту, но никто продавать не хочет. Поэтому ЦБ и не может всем ее продать. Это все равно, как если бы правительство объявило цену 1 кг мяса в 10 тыс. сумов — сразу же возникли бы очереди, дефицит, карточное распределение и черный рынок с ценой мяса, скажем, в 60 или даже 80 тыс. сумов.

Во-вторых, в Узбекистане существуют искусственные (административные) ограничения на получение наличных денег: банки ограничены в возможностях выдать наличность как физическим, так и юридическим лицам, с пластиковых карточек наличность снять практически невозможно. Как результат в стране функционируют сразу несколько видов национальной валюты: наличные и безналичные деньги (в том числе несколько видов безналичных денег) с разной стоимостью. И чем больше ограничений на выдачу налички, тем больше разрыв в стоимости этих денежных единиц. Соответственно, и на валютном рынке эти национальные денежные единицы обмениваются по разным курсам.

В настоящее время правительство планирует провести либерализацию валютного рынка, предполагающую «установление курса национальной валюты по отношению к иностранным валютам исключительно с использованием рыночных механизмов».

 

Как либерализация валютного рынка повлияет на экономику страны?

Либерализация валютного рынка означает, что обменный курс будет формироваться на свободном рынке, а не назначаться сверху. Даже если ЦБ будет устанавливать свой официальный курс, коммерческие банки гарантированно смогут свободно покупать и продавать национальную валюту по этому курсу. Тогда на рынке сложится обменный курс, равный курсу ЦБ, плюс-минус банковские проценты за валютные операции. Это будет означать введение конвертации национальной валюты по текущим операциям. Параллельно может существовать и неформальный курс, но он не будет сильно отличаться от официального (такая ситуация в независимом Узбекистане уже была, и не раз: до осени 1996-го и в период с 2004 по 2008 годы).

Но не все так просто. Вспомним, у нас не одна национальная валюта, а как минимум две: наличные и безналичные деньги. Если это положение дел сохранится, мы будем иметь как минимум два обменных курса: для нала и для безнала. Предположим, что правительство и ЦБ все-таки устранят административные барьеры на пути наличного обращения. Тогда не будет разницы между стоимостью нала и безнала и обменный курс будет единым. Он будет формироваться под влиянием соотношения спроса и предложения. Как и на любой другой товар, картошку, например.

Следующий вопрос: каков будет уровень этого равновесного обменного курса (обеспечивающего равенство спроса и предложения на рынке валюты), как он будет соотноситься с сегодняшними обменными курсами?

Если на свободном рынке сформируется единый равновесный обменный курс, то его уровень должен быть где-то между тремя основными существующими курсами: официальным, черным и биржевым, то есть не меньше официального и не больше биржевого. Думаю, если правительство и ЦБ устранят административные ограничения на наличное обращение, то единый равновесный курс на первых порах установится где-то на уровне 5000–7000 сумов за $1 (при условии, что либерализация произойдет в ближайшие 1–2 месяца). Возможности более точно спрогнозировать точку равновесия пока затруднены….

02

 

Наконец, третий вопрос: как либерализация валютного рынка повлияет на экономику?

В среднесрочном и долгосрочном плане

Производители в целом, безусловно, выиграют от введения свободной конвертации: им легче станет покупать импортное оборудование, комплектующие и сырье; экспортеры получат возможность получать за свою валюту ее реальный эквивалент в сумах. Общий уровень доходов и занятости будет расти, а самое главное, – появятся хорошие предпосылки для еще большего их роста в будущем. Мы станем более интегрированными в мировую экономику, возникнут предпосылки для повышения общего уровня благосостояния за счет участия в международном разделении труда (это тема отдельного разговора).

В секторальном разрезе будет постепенно происходить переориентация нашей экономики с импортозамещения в сторону экспортоориентации с неизбежными изменениями в отраслевой структуре. То есть экспортоориентированные предприятия и отрасли будут развиваться более быстрыми темпами, чем ориентированные на внутренний рынок. Кроме того, за счет постепенного ужесточения конкуренции ускорится «естественный отбор»: слабые предприятия будут активнее выдавливаться с рынка более эффективными игроками. И это хорошо, так как повысится общий уровень экономической эффективности.

В краткосрочной перспективе (на ближайшие 1–2 года)

Так как официальный курс неизбежно будет девальвирован, то от этого:

— экспортеры, обязанные сегодня продавать свою валютную выручку или ее часть по официальному курсу, безусловно, выиграют, и очень сильно;

— в плюсе будет государственный бюджет;

— заемщики валютных кредитов, имеющие возможность сегодня отдавать кредиты, конвертируя сумы по официальному курсу, конечно, проиграют (поэтому неплохо бы для них предусмотреть какие-нибудь временные компенсационные механизмы);

— избранные импортеры, имеющие возможность конвертировать сегодня сумы в иностранную валюту по официальному курсу, тоже проиграют (а если главным источником их доходов является разница между официальным и неофициальными курсами, то они проиграют не только в краткосрочном, но и в долгосрочном плане).

Что насчет экспортеров, которые продают свою валютную выручку по биржевому курсу? В краткосрочном плане они несколько проиграют, так как их сумовая выручка снизится (равновесный курс доллара будет ниже биржевого). Но долгосрочные положительные эффекты для большинства из них перекроют эти потери с лихвой.

Для потребителей в краткосрочном плане существенных изменений, по-видимому, не будет. Сегодня цены на импортные потребительские товары ориентированы на черный и биржевой курсы. Стодолларовая импортная вещь, которую мы покупаем по безналу, обходится нам примерно в 900 тыс. сумов. Если будут устранены барьеры в наличном обращении и сформируется единый обменный курс, то платить мы будем, скажем, 700 тыс. сумов. Но это по отдельным товарным позициям. В целом цены на импорт вряд ли сильно изменятся, как и сумовые доходы от валютных поступлений трудовых мигрантов (равновесный курс, скорее всего, будет близок к черному курсу).

Так что 2017 год нам готовит? Если будут проведены либерализация валютного рынка и прочие рыночные реформы, это даст огромный новый импульс для развития нашей экономики. Некоторые краткосрочные потери затронут лишь отдельные категории субъектов экономики и не идут ни в какое сравнение с выгодами от либерализации. Главное, чтобы реформы были все-таки осуществлены…

 

Похожие материалы
Популярное