Год предпринимателя: Чего ждут представители банковской сферы?

Люди, так или иначе связанные с банками, рассказывают, что ждет эту сферу в 2018 году.

Год предпринимателя

Kommersant продолжает спецпроект «Год предпринимателя: ожидания бизнеса». Рассказываем о том, какие изменения ждут бизнес с этого года, какие только намечаются, а также о том, чего ждут представители бизнеса от Года поддержки активного предпринимательства, инновационных идей и технологий.  В этом материале представители банковской сферы Узбекистана рассказывают о своих ожиданиях.

──────────────

 

курбанов

Шухрат Курбанов

Генеральный директор Единого международного процессингового центра

 

 

 

В стране происходит много нового, и мы уже видим, как коммерческие банки меняют подход к своему бизнесу. Появились новые сервисы, на рынке карточных услуг и операций по обмену валюты развивается конкуренция. Думаю, в 2018 году этот тренд продолжится. Будут развиваться кредитные услуги, вполне возможно, что появятся кредитные карты. Кэшбэк-сервисы займут свое место среди перечня услуг большинства банков.

Не удивлюсь, если во второй половине года на рынке появятся первые зачатки цифровых банков. В проекте Государственной программы на 2018 год впервые официально увидели такой термин, а это значит, что мы сможем получать некоторые услуги банков, не посещая их филиалы.

Будут развиваться мобильные приложения банков. В дополнение к сервисам, которые предлагают мобильные платежные системы, банки смогут предложить чисто банковские услуги — моментальные кредиты, депозиты, выписки со счетов. Думаю, мы увидим, как банки будут минимизировать сервис в своих филиалах и увеличивать его в приложениях и личных кабинетах.

Появится онлайн-конверсия. Как минимум — в одну сторону, из долларов в сумы, а как максимум — в обе. Вообще, по конверсионным операциям физических лиц должно пойти послабление — это станет продолжением валютных реформ. Также, возможно, появится автоматическая конверсия, то есть нам можно будет использовать за рубежом сумовые карты без похода в банк.

Надеюсь, что появится возможность удаленной идентификации клиента. Возможно, создадут единый межбанковский идентификатор.

Пока я не ожидаю, что на банковском рынке появятся новые, особенно зарубежные игроки. Тут дело не в том, что иностранные банки не заинтересованы, а в том, что им на первом этапе проще сотрудничать с действующими банками, а потом уже выходить на рынок самостоятельно. В целом я уверен, что 2018 год нас сильно порадует с точки зрения развития банковских услуг.

──────────────

 

омонов

Ильхом Омонов

Бывший член Совета Hi-Tech Bank

 

 

 

Сегодня в обществе, государственном управлении, экономике, бизнесе, торговле и банковской деятельности многое меняется. И для банковской сферы эти изменения означают полный пересмотр взаимоотношений банков с клиентами и способов предоставления услуг.

Все спорят о том, нужны ли банкам отделения, уйдет ли общество от наличных денег, как защитить банки от кибератак, как идти в ногу с потребностями клиентов и т. д. Переход к цифровым технологиям фактически означает, что банки больше не должны будут заниматься хранением денег — теперь они будут хранить информацию и обеспечивать ее безопасность.

Все эти перемены требуют соответствующих действий, которые позволят банкам не отставать в развитии цифрового сектора. К сожалению, именно с этим банки не справляются. Они слишком медленно меняются, а иногда упорно сопротивляются переменам, необходимым в цифровую эпоху. Но руководство страны и регулятор прилагают усилия, чтобы определить правильные направления. Они принимают необходимые документы, чтобы в банковские услуги и продукты можно было быстрее внедрять цифровые решения.

Думаю, что наш банковский сектор не должен отставать от мирового уровня развития цифрового банкинга. Для этого нужно изучать успешный опыт развитых стран, брать оттуда лучшее и внедрять у нас. Наши банки начинают выстраивать мультиканальные стратегии развития, с помощью которых надеются увязать колл-центры с интернет-обслуживанием. Они пытаются наладить взаимодействие между мобильным обслуживанием и обслуживанием по телефону, купить или разработать CRM-системы, чтобы обеспечить согласованность при обслуживании в отделениях и через интернет.

У банков должен быть единственный канал обслуживания — электронный, который становится общим знаменателем и обеспечивает платформу для всех остальных точек взаимодействия. Электронный канал, основанный на интернет-технологиях, и должен быть отделением банка. В этом суть перемен: банкам нужно перестать думать о каналах обслуживания клиентов и понять, что все они теперь ориентированы на цифровые технологии. Колл-центры, банкоматы, отделения, интернет-банкинг, мобильный банкинг — это все теперь цифровое. Поэтому банки тоже должны стать цифровыми и опираться на цифровую платформу, которая будет взаимодействовать с клиентами.

Считаю, что в банковском секторе Узбекистана обязательно появятся новые игроки. Потому что приток инвестиций увеличивается, а финансовый сектор также интересен для иностранных инвесторов. Известно, что не так давно турецкий «Зираат Банк» выкупил долю «Агробанка» в «УТ Банке», и теперь у нас есть ярко выраженный полностью иностранный банк. Я уверен, что таких примеров в будущем будет много.

Думаю, регулятор даст еще больше свободы банковскому сектору. Появятся предпосылки, чтобы внедрять новые технологии и улучшать обслуживание. Банки начнут активнее работать с физическими лицами: ожидаю очень интересную конкурентную борьбу среди банков за физических клиентов.

──────────────

 

ирчаев

Анвар Ирчаев

Председатель Совета Universalbank

 

 

 

Несомненно, год будет очень интересным. Доверие населения к банкам страны растет: мне кажется, люди уже не боятся банков так, как раньше.

Растет конкуренция. Но она в основном все еще концентрируется в Ташкенте и Ташкентской области. Остальные регионы в большинстве своем остаются недостаточно покрыты банками и банковскими услугами — большую часть рынка там занимают государственные игроки, но и у остальных есть простор для развития в регионах. Есть банковские продукты, которые коммерческие банки могут дополнительно предлагать в густонаселенных регионах страны.

Это касается не только простых денежных переводов, но и потребительского кредитования, предложения пластиковых карт, разнообразных кредитов для улучшения условий жилья. В дополнение к этому есть огромная ниша в кредитовании малого и среднего бизнеса, фермеров, а также торговли.

Как мы все понимаем, очень много бизнеса работало с использованием только наличных денег, в «серой» зоне. А сейчас многие представители бизнеса понимают, что деньги можно спокойно инкассировать и быстро конвертировать для импорта продукции. Таким образом, деньги стали больше поступать в банковский оборот, существенно увеличивая его.

Недавно президент озвучил, что все предприятия освободят от любых проверок на два года. Это значит, что предприниматели не будут бояться декларировать свои деньги и вводить их в официальный оборот. Соответственно, поток денег тоже пойдет в банки, что повысит их ликвидность и ресурсную базу.

Мы все понимаем, что дигитализация в банковско-финансовой сфере началась уже давно. Финтехорганизации наступают на пятки банкам, отнимая у них классические банковские услуги, которые долгие годы мы ассоциировали только с банками. Развитие цифрового сектора увеличивает конкуренцию, заставляет банки быть более гибкими и быстрыми. И те структуры, которые раньше были в банках — нагромождение филиалов и сотрудников, — придется оптимизировать. С развитием цифровых услуг банки уже не будут стремиться открывать новые филиалы, а будут пытаться продвигать свои услуги через мобильные приложения. Ведь граждане, понимая, что многие услуги можно получить прямо из дома, будут приходить в банки реже.

Мы должны улучшать буквально все: скорость и качество оказания услуг, сервис, количество предложений. Элементарно — вводить онлайн-конвертацию, которой все еще нет, предлагать более широкий спектр накопительных инструментов, активнее участвовать в развитии фондового рынка страны и привлекать население на фондовый рынок и т. д.

Важно, чтобы все эти услуги были доступны более широким слоям населения. А для этого необходимо выполнить еще ряд условий — например, увеличить скорость интернета и его покрытие, повысить благосостояние, чтобы больше людей могли позволить себе использовать смартфоны. Есть и более важный вопрос — образование людей. В областях многие до сих пор не понимают, что банковские услуги можно получить через телефон или компьютер. Люди по привычке идут в филиалы, по привычке хотят держать наличные деньги на руках, и нужно время, чтобы население осознало те новые возможности, которые предлагает цифровая экономика.

Мы ожидаем, что на рынке появятся новые игроки. Уже сейчас видно, что международным банкам интересен наш рынок с достаточно большим населением, которое недостаточно покрыто банковскими услугами. Но, скорее всего, это вопрос к Центробанку и той политике, которую он будет проводить касательно входа на рынок иностранных банков. Ведь есть большой риск, что, когда крупный иностранный банк активно выйдет на рынок страны, местные банки с текущим положением дел не смогут с ним конкурировать.

У иностранных банков гораздо больше финансовых и технологических ресурсов. А в качестве финансовых ресурсов у наших банков есть уставной капитал, депозиты физических и юридических лиц и облигации, которые банки выпускают, но размещают только на внутреннем рынке. Банкам нужно долгосрочное фондирование и в ближайшие годы выходить на международный рынок еврооблигаций, привлекать иностранные деньги, соответственно обеспечивая более дешевое кредитование для местных предприятий. Также нужны вложения в инфраструктуру и IT, а у наших банков вряд ли хватит денег, чтобы прямо сейчас вывести свои решения на общемировой уровень.

В этом году у нас будет очень много работы. Год будет сложным для частных банков, потому что всем нам нужно увеличить уставной капитал. Если раньше от частных банков требовали капитал в 5 млн евро (примерно 45 млрд сумов), то до конца года мы должны сформировать уставные капиталы минимум в 100 млрд сумов. А это — большая работа с инвесторами и привлечением ресурсов. Инвесторы обязательно требуют прозрачного корпоративного управления, прозрачную отчетность и привычные для них процедуры принятия решений. У нас же все это до сих пор не столь отлажено, как принято за рубежом.

Мы должны работать над собой. Нужно стараться отвечать требованиям инвесторов. И лично для себя я вижу конкуренцию в двух направлениях. Первое — в плане работы с клиентами и предоставления адекватных банковских услуг, а второе — в работе с иностранными партнерами и налаживании внутренних процессов.

──────────────

 

таваккалов

Улугбек Таваккалов

Представитель банка Ipak Yo`li

 

 

 

Коммерческие банки, как и другие участники рыночной экономики, переосмысливают реформы, перестраивая идеологию и подходы под сложившиеся реалии. Раньше банкиры всячески гнались за наличными, чтобы обеспечивать выплаты зарплат, пенсий и стипендий, и решали вопросы по конверсионным операциям. А сейчас они столкнулись с совершенно иными проблемами.

У банков поменялась структура доходов. Либерализация экономики усилила конкуренцию, а доступ к иностранной валюте для всех участников рынка стал одинаковым. Клиенты стали проводить операции по своим банковским счетам, инкассируя практически всю выручку, а стоимость наличных приравнялась к безналичным.

На фоне снижения размера комиссий, роста конкуренции и нехватки капитала 2018 год станет для банков сложным годом. Он потребует кардинальной перестройки всей системы управления и продаж. Крупные беспроцентные доходы, которые здорово подпитывали доходную часть бюджетов банков, исчезнут.

2018 год выявит в банках их главное уязвимое место. Из-за низкой автоматизации и достаточно старой неэффективной методологии банковские услуги стоят очень дорого. За последние десятилетия автоматизированные банковские системы практически не менялись, превратившись лишь в транзакционную модель. Большинство бизнес-процессов, особенно в части продаж и аналитики, сейчас проходит вручную, на основе внутренних служебных записок. Многие банки до сих пор не сделали единые базы клиентов, интегрированные во внешние системы. А, казалось бы, простыми процессами — созданием сделок, последовательными транзакциями и аналитикой — занимается очень много сотрудников.

Рыночная экономика потребует от банков кардинального пересмотра и реформирования внутренней идеологии, структуры и бизнес-процессов. Главной задачей станет переход от продуктоориентированного банка к клиентоориентированному, с делением бизнеса на розничную и корпоративную части. Считаю, что узбекские банки уже начали эти процессы, но 2018 год станет особенным, потому что такие перемены — жизненная необходимость.

2018 год станет годом развития цифрового банкинга. У всех на слуху будут: дигитализация, CRM-системы, кредитка, кэшбэк. Простыми словами, банковские продукты будут продаваться удаленно. Многие продукты перейдут в мобильные приложения или, например, в телеграм-боты. Клиенты смогут самостоятельно управлять своими деньгами, формировать бюджет, анализировать расходы, получать мелкие кредиты и конвертировать деньги.

Активнее всего будет развиваться карточный бизнес, так как карты становятся хорошим каналом продаж и способны заменить потребительские (POS и PDL) кредиты. В кредитках хороший процент по истечении грейса, комиссии на оповещения, снятие и переводы. Ко-брэнд тоже может хорошо пойти, особенно если ставить мобильные точки продаж прямо у ритейлеров, на вокзалах, в аэропортах. К примеру, в России карты часто становятся лендинговым продуктом для привлечения клиента в банк. Ну а лояльность позволяют сохранять разнообразные бонусные программы, например, кэшбэк и мили.

Вместе с тем под разные карточные истории потребуется аналитическая проработка. Придется выделять целевые сегменты и таргетировать свои предложения под каждый сегмент. Если не сделать этого и массово спамить рекламу, клиенты станут нечувствительны к коммуникациям.

Банки потихоньку начнут сокращаться в площадях и персонале, а сам персонал будет структурно меняться. В составе будут расти айтишники и математики-аналитики, но станет меньше экономистов и юристов. Появятся достаточно хорошие CRM-системы и хранилища данных, на которых будет строиться аналитика. Она позволит, с одной стороны, лучше знать потребности клиентов, а с другой — лучше управлять кредитными и другими банковскими рисками.

Важным шагом к развитию цифрового банкинга станет ID-карта физических лиц. Она позволит быстрее и лучше идентифицировать клиентов. Сильным шагом в сторону качественного скоринга клиентов станет обмен данными с Пенсионным фондом (или с «Халк банком»), владеющим данными о доходах физических лиц.

В 2018 году улучшится конкурентная среда между банками. От этого повысится качество услуг, а в будущем выиграет тот банк, который быстрее остальных выйдет на уровень дигитализации и чьи продукты будут продаваться с новым мышлением, основанным на реальных потребностях клиента.

Появление международных игроков связано с позицией регулятора. Могу предположить, что в 2018 году иностранные банки сюда не придут — это устроят для защиты местных. Вместе с тем идеология иностранных банков, их ПО и инструменты будут активно появляться.

Появятся узбекские цифровые банки, напоминающие российские «Тинькофф-банк» и «Рокетбанк». Они будут уверенно конкурировать с классическими банками в розничном сегменте. В классических банках останется единственное конкурентное преимущество — размер капитала, позволяющего удовлетворять потребности крупного бизнеса. Но их слабая мобильность и маневренность не позволят конкурировать с цифровыми банками в розничном сегменте и малом бизнесе.

В карманах у населения будет по две карты: одна зарплатная, из классического банка, а вторая — из цифрового, который с минимальными комиссиями будет предлагать кучу бонусов и акций. Управлять всем этим можно будет со смартфонов. Цифровой банк будет лояльным к нам, будет поздравлять нас с нашими праздниками, информировать о кампаниях и считать нас индивидуальными личностями. С каждым годом банк будет все больше поощрять нас за новые покупки и крупные операции. Мы будем любить свой карманный банк. Мы будем учиться, жениться, путешествовать, отдыхать и лечиться с новыми цифровыми банками.

Мы будем меньше звонить в банк. Меньше посещать его, меньше стоять в очередях. Нам не нужны будут касса и наличка. В прошлое уйдут бланки, заявки и другая бумажная бюрократия.

Наоборот, банк начнет звонить и писать нам, предлагая что-нибудь купить.

Эффективность любого банка будет оцениваться на его страничках в социальных сетях, основываясь на отзывах. Банки будут дорожить своей репутацией в виртуальном мире.

«Банк Ипак Йули» в первом полугодии 2018 года планирует запустить SAP CRM, которая позволит собрать в одно пространство все взаимоотношения с клиентом и, соответственно, лучше понимать его потребности. На платформе CRM мы запустим кредитный конвейер, позволяющий принимать, обрабатывать и согласовывать заявки клиентов по кредитам через электронный документооборот. Это сильно улучшит качество бизнес-процессов и увеличит скорость обработки, так что для простых клиентов конечное «да» или «нет» по вопросам кредитов будет предоставлено в течение нескольких часов.

──────────────

Вы читаете специальный проект коммерсанта «Год предпринимателя: ожидания бизнеса». Остальные статьи проекта, можно найти здесь.

 

Похожие материалы
Популярное